В чем же Трамп прав в отношении Китая?

В контексте торговых споров между США и Китаем эта критика Трампа, судя по всему, направлена на оправдание его различных тарифных пошлин на сталь, алюминий и широкий спектр других товаров.

Как и многие из политических заявлений Трампа, это сообщение вводит в заблуждение, однако не лишено истины. Если Китай доминирует в международной экономике, как можно судить по заголовкам в прессе, почему он входит в разряд «развивающихся» экономик и почему он претендует на те или иные привилегии?

Ответ довольно прост: когда Китай начал процесс вступления в ВТО в 1986 году, это была, по сути, бедная страна. Его ВВП на душу населения с учетом паритета покупательной способности составлял около $677 по сравнению с $19 078 для США. Однако критики правы, заявляя, что экономика Китая значительно выросла в последние годы. Сейчас Китай вполне может стать равноправным партнером в международных экономических отношениях.

Нет официальной классификации ВТО в отношении того, какие страны считаются «развивающимися». Этот статус выбирается самостоятельно, основываясь, скорее, на политических интересах, чем на правовых или экономических, и этот статус может быть оспорен. Это спорный вопрос, который иногда всплывает в незначительных противоречиях.

Объявив себя развивающейся страной в процессе переговоров, Китай смог взять на себя меньше обязательств в ВТО. Однако, спустя 17 лет после вступления в ВТО, Китай стал второй по величине экономикой в мире. Отдельные сектора экономики Китая сейчас имеют развитие на уровне индустриального мира.

Аналитики отмечают: Дональд Трамп заинтересован в том, чтобы доллар подешевел, так как это стимулирует американский экспорт, что особенно актуально в свете разворачивающейся торговой войны с Китаем. Впрочем, не факт, что замысел удастся.

В то же время, прежде чем считать, что Китай вполне готов к тому, чтобы получить статус богатой страны, имейте в виду, что не все китайцы имеют достойные условия жизни. Директор Национального экономического совета Ларри Кадлоу недавно заявил: «Китай — экономика первого мира, которая ведет себя как экономика третьего мира», но это преувеличение.

ВВП Китая на душу населения в 2017 году составил $16 660. Это значительно лучше по сравнению с тем, что было в 1986 году или в 2001 году, когда страна вступила в ВТО, но все еще намного ниже, чем в США ($59 501).

Такой низкий показатель среднего размера состояния, несмотря на высокие доходы в некоторых крупных городах, является результатом довольно большого неравенства доходов в Китае. В результате Китай все еще может называть себя «развивающейся» экономикой в контексте ВТО.

Тем не менее, нельзя отрицать, что Китай в целом гораздо богаче, чем раньше, и это во многом благодаря экономической реформе, в том числе снижению тарифов и либерализации ряда секторов экономики, которая сопровождала вступление Китая в ВТО. В этом смысле его экономический статус изменился. Пока страна остается развивающейся, хотя и намного ближе к развитым странам, чем раньше.

Измененные экономические условия Китая означают, что его роль в мировой торговой системе должна быть пересмотрена. Ключевой задачей ВТО является повышение уровня жизни, и, хотя членство Китая в ВТО помогло стране в этом отношении, ему еще предстоит проделать долгий путь.

Несмотря на то, что Китай должен поддерживать статус развивающейся страны, если он хочет избежать гнева администрации Трампа и мирового сообщества, Китай должен возместить часть «повышения», которое он получил, играя более активную роль в поддержке мировой торговой системы.

В последние годы стратегия либерализации ВТО в ряде областей зашла в тупик. Нет простых ответов на вопрос о том, как оживить этот процесс, но помочь может положительный вклад Китая. Вот ряд шагов, которые он может предпринять, чтобы доказать, что выполняет свою часть работы.

Одна из областей, которая могла бы получить поддержку, касается продолжающихся переговоров о либерализации экологических товаров, которые снижают тарифы на широкий спектр продуктов, включая солнечные панели и ветрогенераторы (тарифы Китая на эти продукты сравнительно низки, но тарифы других стран остаются выше 35%).

Китай обвиняют в срыве этих переговоров. Хорошим способом изменить имидж на мировой арене было бы поддержка либерализации основных тарифов, а не попытка помешать этому.

Кроме того, Китай мог бы, наконец, предпринять серьезные усилия, чтобы присоединиться к Соглашению ВТО о государственных закупках, после нескольких лет сдержанных предложений в процессе переговоров. Правительства являются одними из крупнейших покупателей товаров и услуг в мире, а налогоплательщикам лучше покупать продукцию самого высокого качества с наименьшими расходами, а не просто отдавать предпочтение отечественным компаниям.

Открытие большего объема рынка закупок для иностранных компаний — и получение доступа к внешним рынкам для собственных компаний — стало бы большим шагом на пути к более либерализованной китайской экономике.

Наконец, Китай может присоединиться к переговорам по Соглашению о торговле услугами (TiSA), проходящим в Женеве. Они направлены на достижение прогресса в решении вопроса сложных барьеров регулирования, которые мешают торговле услугами. При этом Китай должен сохранять конструктивный подход.

С большим богатством приходит и большая ответственность. Даже если страна продолжит поддерживать свой статус «развивающейся экономики», по мере роста экономики Китая, она должна взять на себя дополнительные международные обязательства и играть равноправную роль в таких международных экономических организациях как ВТО. Таким образом, Китай будет совершенствовать свою экономику, сокращать международные экономические конфликты и способствовать укреплению мировой торговой системы.
Источник

admin