Выборе в Ираке — черный лебедь для Ближнего Востока?

На текущий момент Ближний восток представляет собой минную карту, где особо можно выделить 6 точек риска:

— Иран, который вновь оказался под санкциями США

— Израиль-Палестина, резкое обострение конфликта в секторе Газа

— Турция, валюта которой стремительно падает, лишая экономику страны каких-либо перспектив

— Граница Йемена и Саудовской Аравии, военный конфликт в Йемене перешел в холодную фазу

— Остатки ИГИЛ (запрещена в РФ) на территории Сирии

— Эскалация конфликта между курдским меньшинством на территории Сирии и Турции с турецкой армией.

В случае победы Муктада аль-Садр на выборах в Ираке на карте Ближнего Востока появится 7 точка напряженности.

С учетом большинства голосов, подсчитанных после парламентских выборов в минувшие выходные, альянс воинствующего священнослужителя аль-Садра и иракской коммунистической партии, похоже, получит наибольшую долю голосов. А это довольно неожиданный результат, учитывая, что социологи прогнозировали перевыборы премьер-министра Хайдера аль-Абади.

Результаты опросов

Фактически, коалиция аль-Абади «Победа» заняла третье место, после коалиции «Сonquest» во главе с лидером ополченцев Ирана Хади аль-Амири.

Если предварительные результаты подтвердятся в конечном результате, о котором еще не объявлено, аль-Садр не станет премьер-министром, поскольку не баллотировался на выборы. Но он сможет выбрать следующего лидера и оказывать сильное влияние на отношения Ирака с ключевыми региональными державами.

Тем не менее, ожидается, что ни одна из групп не получит достаточное количество мест, необходимых для абсолютного большинства в парламенте. Вполне вероятно, что аль-Садр может сформировать коалицию с Абади, несмотря на то, что на переговоры могут уйти месяцы. В понедельник Аль-Абади заявил, что готов сотрудничать со всеми иракскими партиями, чтобы сформировать сильное правительство.

Комментируя политический подъем аль-Садра, эксперт по нефтяному рынку Хелима Крофт заявила, что он может повлиять на ближневосточные отношения на фоне высокой геополитической напряженности между Ираном и Саудовской Аравией — и их различными политическими интересами и союзниками в регионе.

«Аль-Садр — интересный персонаж, потому что у него крайне сложные отношения с США, но еще более сложные отношения с иранцами. И правительство Ирана заявляет, что они не хотят, чтобы он сформировал коалицию, а недавно он сблизился с Саудовской Аравией. Поэтому я думаю, важно следить за тем, что происходит в Ираке. Я полагаю, что это потенциально ключевая прокси-война в отношении будущего Ближнего Востока», — заявила Крофт.

Аль-Садр стал известен в регионе за то, что поощрял нападения на западные войска во время вторжения США в Ирак в 2003 году, но он является критиком стран, которые находятся ближе к стране. Несмотря на то, что он является религиозным лидером шиитов, аль-Садра нельзя назвать другом Ирана, в котором преобладают шииты, который поддержало его соперника аль-Амири в голосовании.

Однако аль-Садр завязал дружеские отношения с региональным соперником Ирана Саудовской Аравии, встретившись с крон-принцем Мохамедом бин Салманом в 2017 году, и переговоры были посвящены улучшению отношений между Ираком и Саудовской Аравией.

Еще предстоит понять, какой может быть реакция Ирана на то, что политический критик аль-Садр отдал приказы о выстрелах в Ираке, особенно в то время, когда Иран более изолирован на международном уровне после выхода США из иранской ядерной сделки.

«Иранцы не хотят отпускать Ирак. Я думаю, что с Аль-Садром все в порядке. Он отправился в Саудовскую Аравию, встретился с крон-принцем, поэтому я думаю, что коалиция аль-Садр-Абади сохранит отношения. Стоит понаблюдать за кандидатами, поддерживаемыми иранцами, которые захотят уничтожить это сближение», — заявила Крофт, добавив, что связи Ирака с Саудовской Аравией могут продолжить улучшаться.

Крофт отметила, что есть предположения, что, если бы президент Дональд Трамп ждал до крайнего срока 12 мая, прежде чем выйти из ядерной сделки, вместо того, чтобы объявить о своем решении 8 мая, нынешний премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади мог бы иметь лучшие показатели в голосовании.

«Более ранний выход из сделки потенциально мотивировал иранцев выйти и попытаться убедиться, чтобы Абади не пошел на второй срок. Но это можно рассматривать как анти-американское голосование. У вас есть два кандидата, которые пришли первым и вторым, со своими коалициями, которые занимали явно антиамериканские позиции. А кандидат, имеющий поддержку президента США, Абади должен был преодолеть очень тонкую грань между иранцами и США», — сказала она.

Уход Ирака из-под влияния Ирана может стать источником для ряда геополитических рисков, которые в конечном итоге скажутся на мировых рынках. Во-первых, в условиях нарастающего противостояния все сложнее будет согласовывать действия внутри ОПЕК+, что в конечном итоге может завершиться развалом этой структуры. Во-вторых, газовые активы Ирана и Катара могут серьезно пострадать из-за растущего напряжения на территории междуречья. Ну и наконец, не стоит забывать, что китайские проекты «Нового шелкового пути» полностью оказываются в зоне напряженности, так как мест, где напряжения нет на Ближнем Востоке просто не осталось
Источник

admin